Но вернемся к дому на Гороховой, где Муравьев-Амурский прожил не больше года. В начале XIX века Гороховая – одна из респектабельных улиц Санкт-Петербурга, история которой связана с известными дворянскими фамилиями. Впрочем, здесь присутствует не только аристократический дух. Среди поселенцев на этой улице немало ремесленников, причем мастеров высокого класса.

Так, некоторое время на Гороховой 42 (дом неоднократно перестраивался, его современный вид сложился к 1870 году) располагалась мастерская Бриггена, где делались биллиарды резной работы, стоимость которых доходила до тысячи рублей. Здесь также размещалось известное товарищество купцов Елисеевых, содержавшее в доме один из своих магазинов, отделение Красного Креста.

В 1905-1906 годах одно из помещений на Гороховой 42 занимал профессиональный союз тружеников трактирного промысла Санкт-Петербург, участвовавший в революционных волнениях, о чем свидетельствует памятная доска, установленная в советское время. Уже в 1917-м площадь под типографию снимало акционерное общество «Народ и труд», где печаталась большевистская газета «Рабочий и солдат».

Отрочество при дворе

В 1818 году Муравьевы вернулись в Петербург. Однако через год происходит несчастье –умирает мать Екатерина Николаевна. 9-летнего Николая и 7-летнего Валериана Николай Назарьевич (от этого брака у него шесть детей) отдает в частный пансион Годениуса.

Пансион располагался в доме Резваго по нынешнему адресу Шпалерная улица, 25. Здание позже снесут, и в 1875 году на этом месте построят тюрьму предварительного заключения. Стоит сказать, в 1895-1897 годах в одной из ее камер содержался Ленин. Здание до сих пор используется как следственный изолятор.

По окончанию пансиона Николая и Валериана Муравьевых, согласно императорскому распоряжению, зачисляют в Пажеский корпус (бывший Воронцовский дворец). В настоящее время в этом здании, расположенном по улице Садовая, 26, находится Суворовское военное училище.

В процессе учебы воспитанники Пажеского корпуса несли придворную службу и обучались армейской науке. Будучи в старших классах, Николай был произведен в камер-пажи к великой княгине Елене Павловне, жене Михаила – брата Александра I. Много позже она, имевшая определенное влияние на Николая I, способствовала назначению Муравьева генерал-губернатором Восточной Сибири.

Дворянское гнездо

В 1827 году Николай окончил Пажеский корпус с золотой медалью и был определен в лейб-гвардии Финляндский полк. В 1828-1829 годах полк сражается на войне с Турцией, участвует в осаде крепости Варны.

В то время на Балканах свирепствовала эпидемия так называемой валахской язвы. Муравьев заболевает, и это серьезно подрывает его здоровье. В 1830 году он приезжает в столицу для реабилитации.

Примерно к этому моменту Николай Назарьевич Муравьев, женившийся на Елизавете Антоновне Моллер, покупает под Петербургом, на 8-й версте Шлиссельбургской дороги, усадебный дом и участок земли. В имении имелся фруктовый сад, лесная роща, поля для заготовки сена, а также сахарный завод.

Загородный образ жизни и общение с родственниками помогают Муравьеву восстанавливать здоровье. Он пробует вести хозяйство, хотя близкие заботливо оберегают его от деятельного участия.

«Дача чрезвычайно выгодно куплена и не далее, как на будущий год даст до 30 тыс. руб. дохода», – писал Николай Николаевич в одном из своих писем.

После смерти Муравьева-старшего усадьба перешла во владение семьи фон Моллер. Впоследствии значительная часть земли была отдана под территорию появляющихся по соседству заводов. Сам усадебный дом (проспект Обуховской обороны, 143) в начале ХХ века был сдан под извозчичий двор «Бережки».

Напоминанием о прежнем землевладельце служил находящийся поблизости Муравьевский переулок. В конце 1930-х он попал в список улиц, которые должны были быть переименованы из-за созвучности с именами врагов народа. Согласно одной из версий, непосредственной причиной послужила личность Михаила Артемьевича Муравьева, левого эсера, в 1918 году командовавшего Восточным фронтом и выступившего против большевиков. В 1939 году переулок стал улицей Цимбалина.

В советский период особняк Муравьевых-Моллер подвергся значительной перестройке. Если со стороны проспекта Обуховской обороны он выглядит как типичная постройка середины ХХ века, то по его виду со двора – массивно выступающей центральной частью дома с шестиколонным портиком – можно судить о первоначальном архитектурном облике.